Истории выдающегося пилота

Истории выдающегося пилота

Nesterov Aviation – эксклюзивный центр продаж и сервисного обслуживания Pilatus на территории России в рамках встречи «Истории выдающегося пилота» представляет легендарного летчика-испытателя Pilatus Aircraft Фреди Прачойнига. Его карьера в авиации длится уже почти 40 лет, г-н Прачойниг расскажет впечатляющие истории о службе в швейцарских ВВС, полетах через Атлантику на турбовинтовом PC-12, и свои ощущения за штурвалом этого «легендарного швейцарца». 

Его выступление поддержит российский пилот РС-12, который поделится опытом полетов на этом самолете по России.

Перед приездом в Москву Фреди Прачойниг ответил на вопросы представителей Nesterov Aviation в эксклюзивном интервью.

Личные данные

ФИО: Фреди Прачойниг

Должность: летчик-испытатель и летчик-инструктор, Pilatus Aircraft Ltd, Штанс, Швейцария

Возраст: 57 лет (чувствует себя молодым)

Карьера в авиации

Звание: полковник швейцарских ВВС в отставке, последнее назначение – командир летной школы швейцарских ВВС

Типы самолетов, которые пилотировал: несколько одномоторных поршневых самолетов, Pilatus P-3, PC-7, PC-9, PC‑12, PC-21, PC-24, Junkers Ju 52, Vampire и Vampire Trainer, Northrop Tiger F-5, Dassault Mirage III‑RS, BAE Hawk Mk 66, несколько полетов на военных самолетах типа Hornet F/A-18, Alpha Jet, Saab 105 и т.д.

За штурвалом: 38 лет

В Pilatus Aircraft: 10 лет

Nesterov Aviation: Вы один из тех людей, которые всегда знали, что когда-нибудь сядут за штурвал самолета?

Фреди Прачойниг: Да, у меня было четкое видение, потом мечта, а потом и цель. Я решил стать пилотом в 10 лет. В этом возрасте моим самым большим увлечением были радиоуправляемые модели самолетов. В дальнейшем мне повезло попасть на подготовительные курсы для пилотов, которые оплачивал Швейцарский национальный фонд. В 1983 году я окончил летную школу швейцарских ВВС в качестве пилота истребителя и через несколько месяцев уже летал на Northrop Tiger F-5.

NA: Почему Pilatus?

ФП: Моим первым самолетом в ВВС был Pilatus P-3. Несколько лет спустя у меня появилась возможность летать на совершенно новом учебно-тренировочном РС-7 в качестве пилота-инструктора. В свой день рождения, 1 мая 1991 года, я присутствовал на церемонии выкатки первого РС-12. Меня тогда очень впечатлили сама компания Pilatus Aircraft, швейцарское наследие, качество и корпоративная культура. После 25 лет службы в ВВС я решил изменить свою жизнь и начать работу в гражданской авиации в качестве инструктора и летчика-испытателя. Спустя 10 лет я могу сказать, что это было отличное решение, которое я повторил бы еще раз. Pilatus похож на Victorinox (известный швейцарский бренд по производству армейских ножей), который олицетворяет швейцарские традиции и инновации. Отличная репутация компании помогла мне принять решение стать частью команды Pilatus. Я был польщен тем, что президент компании Оскар Швенк лично позвонил мне и сообщил, что я принят на работу.

Читайте также  Airbus Helicopters комфортно в Непале

NA: Чем сложнее управлять – самолетом или вертолетом?

ФП: Прежде всего я пилот самолета, и у меня очень большой опыт пилотирования именно самолетов. К счастью, во время работы инструктором и впоследствии командиром летной школы швейцарских ВВС у меня был шанс полетать на нескольких типах вертолетов: Alouette III, Eurocopter EC-135 и полнопилотажном тренажере Super Puma. Мой ответ очевиден: у обоих видов ВС есть свои нюансы. Вертолеты летают близко к земле, и для них необходимы навыки пилотирования, самолеты становятся более сложными, и для них необходимы навыки обращения с системами. Я предпочитаю летать на самолетах, особенно при одном работающем двигателе.

NA: Что Вы предпочитаете – полеты на большие или малые дистанции?

ФП: Bсе 25 лет службы в швейцарских ВВС я преимущественно выполнял полеты на истребителях на малые расстояния. Несмотря на это, такие полеты были очень напряженными. Когда 10 лет назад я стал пилотом в Pilatus Aircraft, в первый же год полетов на РС-12 мне посчастливилось перегонять самолет в Аргентину через Южную Атлантику – от Кабо-Верде до города Натал в Бразилии, и весь полет был через океан. Это был мой самый длительный перелет в качестве единственного пилота – он продолжался 6 часов 15 минут. За это время я пролетел более 2780 км над водой. Во время перегона самолета мы обычно делаем посадки на 3–5 часов. Мне нравятся разнообразные полеты, и тут дело не во времени, а в объеме работы. Я могу быстро заскучать, если работы немного.

NA: Вы даете имена самолетам, на которых летаете?

ФП: Лично я – нет. Но в авиации это традиция. В швейцарских ВВС принято давать необычное название последнему самолету во флоте, так, последний Mirage III Recce назвали «Мата Хари». В конце моей карьеры в ВВС меня удостоили чести и нанесли мое прозвище PRACH на самолет. Это прозвище появилось благодаря моему французскому коллеге, который не мог правильно произносить мою фамилию полностью. У всех испытательных образцов РС-24 есть свои имена, которые им дают летчики-испытатели. Эти имена держатся в секрете, они отражают предназначение самолета и стадию разработки.

Читайте также  GECAS заказала десять «китайских» грузовиков Boeing

NA: Вам разрешается иметь личные вещи в кабине пилота, например амулеты на счастье или семейные фотографии?

ФП: В кабине – нет, но в снаряжении пилотов можно. У меня всегда был наколенный планшет, в котором все было организовано для моего удобства. Я использовал цветные закладки, чтобы быстро найти информацию, которую я подготовил.

NA: Какой самый странный груз Вы перевозили?

ФП: На PC-12 я перевозил клиенту катапультируемые кресла. Это был опасный груз и особенное ощущение. Пассажиры тоже могут вызывать особенные эмоции, но чаще положительные. По причинам конфиденциальности я не могу раскрывать имен, но это всегда честь, когда ты перевозишь известных людей.

NA: Откуда лучше всего наблюдать за посадкой самолетов?

ФП: Из кабины пилота рядом с ВПП, когда мы ожидаем очереди на взлет. Мы часто устраиваем соревнования и ставим оценки за посадку самолета нашим коллегам. По шкале от 1 (самая худшая) до 10 (самая лучшая). При встречном ветре разница может быть огромной. В воздухе тоже можно увидеть красивые кадры, особенно если летишь в составе пилотажной группы.

NA: Какой самый ценный момент Вашего рабочего дня?

ФП: Для меня это не просто один момент. Я получаю особенное удовлетворение, когда анализирую достижения за продолжительный период времени. Но перевозить пассажиров и видеть их счастливые лица после полета – это точно то, что доставляет мне наивысшее удовольствие.

NA: Какое Ваше самое любимое авиационное приложение?

ФП: AeroWeather – № 1! 10 лет назад нам нужно было распечатывать большое количество бумаги со сводками погоды METAR и TAF. Сегодня все это у нас в кармане. Приложение отличное. Также хочу отметить WeatherPro и MeteoEarth с более обширной аналитикой погоды. Еще в мою пятерку лучших приложений входят Honeywell Flight Bag Pro и Foreflight  для планирования полетов. Благодаря iPad и iPhone и специальным приложениям мир авиации сделал существенный шаг вперед.

NA: Какой полет запомнился больше всего (может быть, был самым странным)?

ФП: На новом типе самолета всегда очень запоминаются первый и последний полеты. Мой первый полет на РС-24 в Испании совершенно точно стал незабываемым. Это было 2,5 года назад на РС-24 прототипе P01, на котором я летел на эшелоне FL450. Я очень хорошо почувствовал, как здорово сделано крыло этого самолета, – очень легко делать крутые развороты на такой высоте. Если говорить о «самых странных», то у меня их было больше одного. На первом месте – мой предпоследний полет на Mirage в составе 9 самолетов. В то время я был командиром эскадрильи, и все мои пилоты летели со мной. И конечно, я не могу забыть все те полеты, в которых я выжил только благодаря своему ангелу-хранителю.

Читайте также  Первый грузовой Bombardier поставлен пользователю

NA: Какой самолет Вам понравилось пилотировать больше всего?

ФП: Mirage III Recce по многим показателям отличный самолет. Мощный, быстро набирает высоту, маневренный, со скоростью более 2.0 Маха и современной системой управления. Он до сих пор занимает особое место в моих воспоминаниях. Я также часто вспоминаю Junkers Ju-52 из-за традиций, связанных с этим самолетом, и простого и стильного дизайна. Сейчас мой самый любимый самолет, конечно, PC-12 NG – в любое время года он превосходен, и даже зимой на скользких поверхностях я контролирую его без проблем. Но я боюсь, что скоро РС-24 займет его место в моем сердце.

NA: Самый экстраординарный самолет, на котором Вы летали?

ФП: Это опять Mirage, в этот раз упоминаю его из-за огромного спектра задач, которые он мог выполнять. Днем и ночью. На больших и малых высотах. Визуальный полет и полет по приборам, в одиночку или в эскадрилье, атака наземных целей с воздуха. Перехват и визуальное опознавание самолета. Список можно долго продолжать, но это точно экстраординарно. РС-24 прототип P01 со всем оборудованием для летных испытаний – второй. Мы провели особенные испытания, каких у меня точно больше в жизни не будет, например с формой обледенения или превышая максимально допустимую скорость.

NA: У многих пилотов есть ритуалы, которые они проводят перед каждым полетом. У Вас есть такие, возможно, некоторые суеверия?

ФП: Это не ритуал, а больше необходимость. Я готовлюсь к каждому полету как можно тщательнее. Я в основном летаю один, поэтому все детали предполетной подготовки имеют ключевое значение. Это своего рода искусство. Невозможно научить всему, что нужно делать перед полетом, эти знания приходят с многолетним опытом. Я не суеверный. Я считаю, что наша жизнь – преимущественно в наших собственных руках.